В комнате пахнет детской жвачкой и тальком. Ставни на окнах закрыты, и фонари выхватывают из темноты то брошенную на пол куртку, то забытую на столе кастрюлю, то рассыпанные по кровати карты. Все знают где находится выключатель, но свет не зажигают. Мало ли что может здесь находится… Хоть квартира и проверена сотни раз, но все может поменяться внезапно. Внезапность – основной фактор их работы, и иногда к ее последствиям трудно привыкнуть. В темноте раздается отчаянный девичий крик: «Я на что-то мягкое наступила!»
Тут же оружие на изготовку и щелкает выключатель. Свет слепит, но они привыкли к этому, поэтому сразу же обступают виновницу. Под действием электричества предмет принимает форму изрядно потрепанной мягкой игрушки, с еще различимыми заячьими ушками. Можно вздохнуть с облегчением и посмеяться, однако никто не смеется. В этом доме (впрочем как и в других) смеяться не полагается, да и не хочется. Быстро при свете оканчивают осмотр и выходят на площадку.
-На завтра сбор возле 13 квартиры. С собой дополнительные респираторы, 2 фонаря, воду, как можно больше черных пластиковых мешков и желательно морально подготовится. Всем все ясно? Девушки могут не приходить, но вы же придете.
А что тут не ясного? 13 квартира всегда считалась самой сложной, и все бригады молились (кто как умел), чтобы не попасть в нее. Самое главное не включать свет и смотреть, чтобы луч фонаря не попал на диван. То, что было на диване лучше не видеть. Даже не все парни способны были пережить увиденную картину, что уж говорить о девушках. Поэтому и звучала всегда фраза о том, что они могут не приходить, но все равно идут. Каждый раз идут, чтобы посмотреть на это своими глазами. Кто-то потом уходит, кто-то остается в бригаде. На их место всегда приходят новые. Ведь работа чистильщиков необходима…